(2 Оценок, среднее 5.00 из 5)

doug-blair-concert-club-music-town-23-02-2013



«Что? Это те самые ребята, которые едят червей на сцене?» – Примерно так реагировали мои друзья и знакомые, стоило мне упомянуть о предстоящем интервью с гитаристом W.A.S.P. Дагом Блэром. И пусть со времён подвигов молодости прошло без малого три десятилетия, Блэки Лоулесс отрастил пивной животик и давно не кидается в зрителей кусками сырого мяса, а Даг Блэр так и вовсе присоединился к группе в 2006 году, стереотипы, однажды появившись, сдают позиции крайне неохотно. Так что если вы тоже при виде «осиной» аббревиатуры представляете себе полуголых волосатых парней, расчленяющих бензопилой тело юной девственницы, то должна вас обрадовать (или, может быть, разочаровать): Даг Блэр совсем не такой. 
Даг всегда стильно одет и прекрасно выглядит для своих пятидесяти. "Я заключил сделку с дьяволом, - смеётся он, когда я спрашиваю, как ему это удаётся. - Пришлось отдать свою душу, что поделать". Даг постоянно улыбается, похлопывает собеседника по плечу и расточает комплименты. И за весь день он не выпил ни капли алкоголя.
На всё интервью у меня – всего час (за который Даг ещё собирается успеть наскоро перекусить), затем в расписании гитариста значится встреча с фанатами и целых два концерта с M.R.C., московской кавер-группой, участники которой, собственно, и организовали появление Блэра в столице.
- Столько мероприятий за один день. Не слишком много?
- Конечно, слишком! – С готовностью соглашается Блэр, смеётся и кивает в сторону Павла Потапова, вокалиста M.R.C. – Скажи об этом ему!
Говорить не приходится: Павел сидит с нами за одним столиком и всё прекрасно слышит. Именно он занимался организацией этой поездки, но с Дагом они знакомы слишком давно, чтобы воспринимать такие претензии всерьёз. Так что начатый ещё накануне обмен остротами продолжается:
- Если бы я жил в городе с таким движением, как в Москве, то летал бы на вертолёте. – Так Блэр отзывается о московских пробках.
- Да, но в Москве запрещены полёты над городом.
- Тогда у меня бы был невидимый вертолёт!
Но вот тарелки отставлены в сторону, и Даг заверяет, что всё его внимание отныне принадлежит только мне. Жаль, что ненадолго.


Doug-Blair-Live-in-Moscow-concert-Little-Rock-2013

 

Итак, как тебе нравится в Москве?

Это полный экстрим. Тут и абсолютно безумное хаотичное движение машин, и сумасшедший трафик… Но меня всегда впечатляла грандиозность Москвы, её величие, сила, которая исходит, кажется, от самой земли. Все здания здесь такие… впечатляющие… (подбирает нужное слово)

Монументальные?

Да, монументальные – это отличное слово. В Бостоне, где я живу, не так много больших зданий, это ведь не очень крупный город. Конечно, рядом есть Нью-Йорк, который тоже впечатляет, но там всё прижато друг к другу, и по-настоящему разглядеть строения невозможно. У меня есть любимые здания в Нью-Йорке, и я могу остановиться прямо у их подножия и посмотреть вверх: «О, как круто!». Но я не могу отойти достаточно далеко, чтобы увидеть, насколько это здание действительно красиво. А в Москве я вижу действительно огромные здания, когда мы проезжаем мимо них или даже где-то вдалеке. «Вау, только посмотрите, какое здание!» Я имею в виду одну из «сталинских высоток» или какие-то новые строения. Они смотрятся так, словно находятся в открытом космосе: ведь вокруг них всё плоское, невысокое, вокруг достаточно пространства, из которого они словно вырастают. Вот это мне действительно нравится в Москве. Но вот находиться на улицах значительно сложнее. Мы как раз говорили об этом. Перенаселённость, загруженность коммуникаций… Здесь везде так много машин, так много людей! Но мне нравится так, как есть. Люди здесь отличные, метал-сцена клеевая, так что я люблю приезжать в Москву.

Ты прилетел вчера?

Да, в обед.

Что ты делал вчера вечером?

Мы репетировали. Или, правильнее сказать, мы стояли в пробках, - вот, что мы делали, на самом деле. (Улыбается.) Мы стояли в пробке по пути в отель, потом мы стояли в пробке, когда ехали сюда обедать, потом мы стояли в пробке по дороге на репетицию. Так что бОльшую часть дня мы провели, глядя на Москву через автомобильное стекло. Но мы хорошо порепетировали: прогнали весь материал, убедились, что все песни звучат хорошо.

Как ты познакомился с ребятами из M.R.C.?

С Павлом мы познакомились, когда я играл здесь с W.A.S.P., но я не уверен, общался ли тогда с ним лично. Контакты Павла мне дал один мой друг – наш общий друг, - когда я искал журналы, которые могли бы опубликовать статьи о моих гитарах. Павел заинтересовался, предложил сделать небольшую статью о моих гитарах для “Classic Rock”. Судя по всему, у них есть какая-то рубрика об оборудовании. Так что я написал про свои гитары, прислал ему несколько фотографий, он провёл отличное интервью, и всё получилось очень здорово. А потом я каким-то образом наткнулся на новость о том, что Крис Холмс (экс-гитарист W.A.S.P.) приезжал сюда. По-моему, я увидел постер c информацией о том, что Крис приезжал в Москву играть с какими-то ребятами. «Вот это круто! Я тоже так хочу!» - подумал я. Но я тогда не знал, что это Павел организовал всё это. В общем, впоследствии я выяснил, что Павел и есть тот парень, благодаря которому такие ребята, как Крис Холмс, Райан Рокси (бывший участник группы Элиса Купера) и другие металлисты из Америки, из Швеции, из других стран приезжают в Москву, чтобы классно провести время и поджемовать. И вот так я связался с Павлом, и всё сложилось.

И как тебе M.R.C.? Понравились?

Да. На самом деле, я слышал их всего один раз, вчера вечером, но они отлично смотрятся.

Какие из гитар ты привёз с собой?

Я смог привезти только две из них, потому что их цены на их перевозку на близкие расстояния, домашними рейсами, очень высокие. Так что я привёз две свои лучшие гитары. Во-первых, это Double Neck (с двумя грифами – прим. авт.), которую я сделал в 1990 году. Она очень необычная. Я назвал её Blair Mutant Twin (близнецы-мутанты Блэра), потому что это близнецы – два грифа, - но при этом они еще и мутанты. Это не обычная гитара с двумя грифами, когда на верхнем 12 струн, а на нижнем – 6. Нет, верхний гриф акустический, а нижний – электрический. Я немного поиграю на ней сегодня, хотя я надеялся, что мы сможем найти больше песен для неё. Но всё равно я хотел её привезти, потому что она очень классная. А вторая гитара – это основная, на которой я играю в W.A.S.P. Это просто Les Paul с крутящимся золотым лезвием пилы. Я бы хотел, чтобы она стала чем-то вроде моей фирменной гитары. Лезвие пилы – это же своего рода логотип, бренд. Вообще, настоящее лезвие – это круто, но даже если оно нарисовано, если это какая-то бутафория, которая только выглядит, как лезвие, это тоже здорово. На самом деле, я хочу нарисовать лезвие пилы в формате 3D, так что будет казаться, что оно крутится, когда гитара двигается. По-моему, сейчас это не так уж сложно. Ты видела обложки для CD, картинка на которых меняется, когда двигаешь её?

 

 

Doug-Blair-Live-in-Moscow-concert-Little-Rock-2013



Да.

Вот это примерно та же технология. Просто используются разные призмы. Я хочу попробовать. Ведь тогда гитаре не понадобится мотор, не будет опасности порезаться, и всё равно будет казаться, что лезвие крутится. Но посмотрим. Настоящее лезвие мне тоже нравится, это весело.

Ты не боишься остаться без пальца?

Нет, но у меня несколько раз случались порезы. На красной гитаре, которую я привёз, лезвие не слишком острое, но на самой первой гитаре, на которую я его поставил, там было настоящее лезвие пилы, и затупить его было абсолютно невозможно, ведь это была супер-дупер-твёрдая сталь прямиком из пятидесятых. Так что она вполне могла тебя наказать. Если ты недостаточно осторожен… (свистит) – и ты порезался. Так что да, я несколько раз резал пальцы. А если бы мне пришлось защищаться от какого-нибудь придурка… (делает вид, что держит работающую бензопилу в руках) вскрыть ему череп! (Дружный смех.)

Так когда ты начал переделывать гитары?

Ох, чёрт… Первая моя гитара принадлежала отцу, он привёз её из армии. Она называлась Silvertone, такая очень популярная старая гитара, которую можно было купить в любом универмаге. Ты можешь спросить кучу гитаристов про их первые гитары, и все они ответят: «О, это был Silvertone». Она была очень популярна в 60-х, просто она была дешёвая. Так вот, у нас дома был Silvertone. Когда я начал учиться играть… Понимаешь, я любил свою гитару, но по-настоящему крутым брендом был Martin, они до сих пор делают одни из лучших акустических гитар. Так что я вооружился наждачкой, ошкурил гитару и написал на ней «Martin». (Улыбается.) Эта гитара до сих пор у меня! Я очень красиво написал «Martin», слегка зачистил гриф и провёл симпатичные линии вдоль краёв. Она правда стала красивее. И всё благодаря волшебным маркерам! (Дружный смех.) По-моему, мне было что-то около 11 или 12 лет. И вот сейчас я оглядываюсь назад и думаю: «Да, вот так это и началось». Мне всегда хотелось взять что-то обыкновенное и прикинуть: «Так, тут можно поменять вот это, переделать вот то…» Я никогда не боялся испортить гитару.

Это когда-нибудь случалось?

Нет, по-моему, я никогда не портил гитар. Хотя, конечно, иногда получалось не так хорошо, как я надеялся. К тому же, я начал делать свои собственные гитары довольно рано. Мы делали гитары в школе, у нас были специальные уроки, где нас учили работать по дереву. Мы брали какую-нибудь деревяшку и обрабатывали её наждачкой или ещё как-то, пока она не принимала форму гитары. Так что всё началось в относительно юном возрасте.

Почему ты до сих пор этим занимаешься? Просто нравится или, например, не можешь найти нужных вещей в магазинах?

Так и есть, ни одна компания не станет производить и продавать такие штуки, потому что вряд ли найдётся достаточно желающих их купить. Так что ты права. Если покупать только то, что есть на рынке, у тебя будут только самые обычные вещи. Ну, может быть, ты достанешь гитару с интересной раскраской или с какими-то отдельными модифицированными деталями, но… По большей части, если что-то производится для продажи на рынке – а значит, для продажи в большом количестве, по тысяче или больше экземпляров, - то, скорее всего, там не окажется по-настоящему странных штуковин, которые захотят купить только пара человек. Так что причина, по которой я продолжаю этим заниматься, заключается в том, что такие вещи нельзя купить в магазине, их нужно делать самому.

Ни одна фирма не предлагала тебе стать их эндорсером?

Нет. На самом деле, все эти гитарные фирмы в основном озабочены зарабатыванием денег, точно так же, как и лейблы. Какому-нибудь некоммерческому, очень оригинальному, странному, уникальному музыкальному проекту бывает нелегко заключить контракт с крупным лейблом, и здесь ситуация такая же. Сложно ожидать от большой компании, что они просто придут к кому-то, кто делает очень интересные, но странные инструменты, и скажут: «Вау, это круто, мы хотим, чтобы ты играл на наших гитарах и переделывал их». Но я работал с несколькими классными гитарными фирмами, куда меня привела как раз моя гитара Double Neck. Они хотели найти человека с интересными идеями, который бы делал странные гитары и не боялся рисковать. Поэтому я и пошёл к ним работать над очень странными и очень рисковыми гитарами.

Ты никогда не думал основать свою гитарную фирму?

Да, я даже открыл такую, как раз после создания Mutant Twin. Сначала я сделал два прототипа, а потом ещё 15. Штук 10 из них я продал, что вообще-то круто, потому что они довольно дорогие. Так что мне удалось продать достаточно, чтобы возместить ту сумму, которую я вложил в это дело. Но потом я понял, что должен играть на гитарах, а не производить их. Так что я вернулся к игре. Теперь у меня нет фирмы, и если бы я попытался открыть её, у меня не осталось бы времени на игру в группе. Придумывать и создавать гитары очень интересно, но если ты полностью погружаешься в этот процесс, создаёшь свою фирму, то времени ни на что другое больше не остаётся.

К тебе обращался кто-то, кто хотел бы купить такие гитары?

Да. И Double Neck – это то, что я могу им предложить. Новых Guitar Cross (гитара с дополнительными басовыми струнами – прим. авт.) я не делал. Но я одолжил Guitar Cross своему кумиру. Его зовут Девин Таунсенд, он супер-крутой продюсер и музыкант. Ему очень понравился Guitar Cross, и я разрешил ему взять его. Первое, что он сделал, это написал классную песню на этом инструменте и вставил её на свой альбом. Кажется, я писал об этом на своём сайте, но не дал ссылку. Вообще он – единственный человек, кто захотел что-то записать с помощью Guitar Cross. И в этом всё дело. Если бы нашёлся ещё кто-то… Не знаю, любые группы с уклоном в прогрессив, кому интересно пробовать что-то большее. Они бы заинтересовались. Я вижу самый большой потенциал для Guitar Cross именно в группах, где всего один гитарист. Хотел бы я, чтобы у меня было 25 штук таких гитар, и я бы мог раздать их крутым баасистам, которые уже здорово играют в своих группах. Они бы оценили: «Вау, гляньте, какое звучание я могу теперь привнести в группу!» А гитарист бы добавил: «Вау, гляньте, что он теперь может выдавать!» Не то чтобы это требовалось постоянно, но в какие-то определённые моменты басист мог бы добавлять отличное гитарное звучание. Как будто появился ещё один гитарист.

Ты сам даёшь гитарные уроки?

Да, я учу других играть вот уже долгие годы, но делаю это частным образом. Один на один с учеником. Я написал массу статей в разные журналы на темы, которые могли бы быть интересны гитаристам. Я писал про эндорсеров – это когда ты вроде как присоединяешься к какой-то фирме, используешь их оборудование, но взамен ты их рекламируешь. Ещё я писал о турах, о том, как важно постоянно учиться, сколько бы тебе лет ни было. Вот, кстати, что особенно здорово в моих гитарах: у меня есть что-то новое, чему можно учиться, что-то, ради чего ты готов вставать рано утром и браться за дело. Ведь когда играешь на гитаре долгое время, остаётся не так уж много вещей, которые ты ещё не пробовал.

Наверное, эту статью будут читать, в том числе, и начинающие гитаристы. Как считаешь, какие самые частые ошибки совершают новички?

Вау, это сложный вопрос. Дай-ка подумать… Недостаточно практикуются, - вот главная ошибка. Если они молоды, и они занимаются, то почти всё, что они делают, правильно. Так что, я бы сказал, что главная ошибка – это не относиться к занятиям серьёзно, не уделять этому достаточно времени. Я могу назвать много вещей, которые нужно делать: постоянно заниматься, забыть про девушек (улыбается), забыть про деньги… Если ты хочешь связать свою жизнь с музыкой, то, конечно, нужен какой-то «план Б», что-то, чем ты сможешь зарабатывать на жизнь, пока пишешь музыку. Так тебе скажут родители. Так тебе скажет кто угодно: постарайся получить хорошее образование на тот случай, если с музыкой ничего не получится. А если получится, но не так хорошо, как хотелось бы, у тебя будет возможность двигаться дальше. Одна из лучших историй, которые я могу рассказать, произошла с моим другом. Он не был моим учеником, он просто хороший друг моей бывшей девушки, он часто приходил к нам домой, я кое-что переделывал в его гитарах, и мы играли… Его зовут Майк Мушок, он играет на гитаре в Staind. Он уделял очень много времени своей группе, много работал, даже приглашал мою девушку спеть несколько песен с ними. Они с группой выступали в клубах, здорово смотрелись. Конечно, он хотел стать знаменитым, чего-то добиться, но вместе с тем продолжал учиться в колледже. Майк - очень умный парень, так что закончил колледж по специальности инженера и пошёл работать. На самом деле, я даже помог ему, пока он ещё учился. Ты же знаешь, как студенты проходят практику? Ты устраиваешься в какую-то компанию и какое-то время там работаешь. Так вот я помог ему попасть в гитарную фирму, где у меня есть знакомые. Так что ещё до окончания колледжа он в течение двух месяцев проходил практику в гитарной компании, занимался производством гитар. По-моему, лучше не придумаешь! Ему очень нравилось. Потом он получил диплом и устроился на работу в Бостоне. У него была постоянная работа, но и играть в группе он тоже продолжал. А однажды он дал свою кассету клавишнику Limp Bizkit: «Вот, послушай, как играет моя группа».

Как ему это удалось?

Он не был с ними знаком, просто пришёл на концерт. Так что они взяли кассету, послушали… Они перезвонили ему через два часа! «Мы сейчас в автобусе, слушаем твою группу, это круто, нам нужно поговорить». А теперь Staind знамениты, у них вышло много альбомов. Он заработал денег в сто раз больше, чем я!

Расскажи тогда про свою группу, Signal2Noise.

Signal2Noise образовалась давно. Всё началось с того, что я сделал Guitar Cross для нашего басиста. Начинали мы как трио, я играл на обычной гитаре, но мне хотелось, чтобы басист мог время от времени добавлять гитарное звучание, одновременно со мной. Конечно, он мог бы повесить гитару на спину, играть на басу, потом взять гитару и играть на ней…

Звучит не слишком удобно.

Вот именно! Та же история, что и с Mutant Twin. Можно, конечно, играть на акустической и электронной гитарах по отдельности, но всё равно придётся навесить на себя две гитары. Так что моя идея состояла в том, чтобы придумать, как совместить гитарные и басовые струны. Самое главное тут – сделать отдельный звукосниматель для гитарных струн. Таким образом, басист может отключить бас и продолжать играть на гитаре. Не меняя инструмента. Вот для чего это всё затевалось. И это сработало. Мы написали несколько песен, где он так и делал, но потом я переехал в Бостон и не мог найти там басиста…

В Бостоне нет басистов?

(Улыбается) Ну, басисты там есть, но каждый из них уже играет в 15 группах. Так что найти свободного не так уж и просто. А я всегда думал: «Хочу попробовать поиграть на этой штуке. Смотрится это круто!» Так что я взял её и решил научиться играть. Конечно, у басиста, для которого я делал эту гитару, пальцы были значительно больше моих. Он мог дотянуться везде, а мне пришлось играть моими маленькими пальцами гитариста. Но это было интересно, а потом я нашёл ударника и понял, что мы с ним вдвоём можем играть полноценную музыку. Мы звучали как 3-4 человека. Так что я подумал, что это отличное направление, в котором можно развиваться, вместо того, чтобы пытаться придумать какие-то новые вещи с обычной гитарой, потенциал которой я к тому времени практически исчерпал. И это отлично сработало! А ведь в группе, кроме меня, был только один человек. Это тоже важно. Когда говоришь об этом с музыкантами из разных групп, они реагируют примерно так: «Ух, было бы круто, если бы в группе был ещё только один человек». Всего одно другое мнение, всего один человек, говорящий: «Да. Нет. Хорошо. Плохо». Мы можем писать музыку очень быстро, потому что нас всего двое. Работать в дуэте очень весело, я называю нас «Могучим Дуэтом». Потому что трио называлось бы «Могучим Трио», как Rush, Cream и группа Джими Хендрикса. Их все называют «могучими трио», потому что это рок-группы, состоящие всего из трёх человек. Так что я как бы позаимствовал термин: «Окей, пускай это будет Могучий Дуэт». В общем, у S2N есть записанный материал и много незаконченных вещей, ведь я снова присоединился к W.A.S.P., и это здорово отвлекает от той работы, которую я делал с S2N. Я скучаю по своей группе, но что я могу сделать? Я не могу отказаться. Так что теперь я снова возвращаюсь к идее привезти S2N в Европу и приглашать барабанщиков из разных стран. Я надеюсь найти хороших ударников в Стокгольме, в Финляндии, в Германии…

Зачем это тебе?

Потому что мой штатный ударник из Америки не может бросить работу, дом и всё остальное и проводить много времени в Европе, как это делаю я. Мой образ жизни сильно поменялся, потому что я играю в W.A.S.P., и теперь меня подолгу нет дома. Так что разумнее будет поискать контакты и хороших музыкантов здесь. На то время, пока я не играю в W.A.S.P., мне не нужна большая группа; я хочу, чтобы меня знали, именно как гитариста W.A.S.P. Но в перерывах было бы здорово иметь возможность проводить мастер-классы и быть ближе к молодым музыкантам, общаться с людьми, которые мечтают о карьере гитариста в группе вроде W.A.S.P. Я могу им рассказать, как мы работаем, как я попал в группу, как я научился играть и всё остальное. Я могу показать свои гитары, дать всем опробовать их самим. И с другой стороны, я могу показать им уникальный подход S2N.

Разве твои гитары не слишком сложные для начинающих музыкантов? Им не придётся менять технику игры?

Нет, совсем нет. Единственное отличие моих гитар в том, что я немного дорабатываю грифы, так что играть становится проще. И вновь ты не сможешь купить это в магазине. Это единственное изменение, увидев которое, гитаристы скажут: «Ух ты, это что-то новенькое!» А в остальном… Нет, это просто хорошие гитары. Да, у них есть забавные штуки типа лезвия пилы, но это и всё.

Насколько я знаю, Signal2Noise записывает свои песни вживую. Почему вы это делаете?

Из-за своего инструмента, из-за Guitar Cross, я не могу записывать бас отдельно, так что не имеет смысла записываться как нормальная группа. Нормальная группа записывает сначала барабаны, потом добавляет бас, потом к этому прибавляется гитара, потом ещё другая гитара, клавишные, и потом они сводят все партии, так? В S2N самое классное в том, что мы хотим всегда сохранять своё естественное звучание. Так что нам нет смысла записываться по отдельности.

Разве это не сложнее?

Конечно, сложнее. Но ведь это именно то, что мы будем делать на концертах. А значит, на концертах у нас проблем не возникнет. Большинство групп сейчас записывают альбом, а потом хватаются за голову: «Ну и как мы будем это играть на концертах? Это нереально!» Потому что они записали 59 гитар, 85 вокальных линий, 34 синтезатора… (Дружный смех.)

Когда же нам ждать от вас альбома?

Это интересный вопрос. При том, как сейчас обстоят дела в музыкальной индустрии… Выпуск альбома сейчас уже не имеет того значения, какое он имел раньше. Раньше это значило, что ты собираешься продать много записей, но сейчас люди просто скачивают их. Так что теперь выпуск альбома – это, скорее, рекламная акция. Что-то вроде заявления: «Вот, у нас есть запись, если вы хотите послушать». Так что, возможно, S2N будет более «живым» проектом, если так можно выразиться. Я имею в виду, у нас есть записанные песни, мы можем составить из них релиз, но это не главная цель, скажем так. Да, будь у нас диск, мы могли бы предложить его тем, кто хочет, уходя с концерта, забрать что-то с собой. Но с другой стороны, это всё есть на сайте, мы выкладываем всё, что записываем.

Да, я их послушала. Но ни одного трека нельзя скачать.

Я знаю. Мне нужно подумать над этим. Ты подняла интересный вопрос. Думаю, когда мы будем давать большие концерты и мастер-классы, я открою к материалу доступ для скачивания. Может быть, мне стоит сделать это даже сейчас, я никогда не думал об этом.

Ты мог бы сделать скачивание платным, например…

В том-то и дело. Если пытаться делать на этом деньги, всё сразу становится очень сложно. Хорошо, что я играю в W.A.S.P. и мне не нужно зарабатывать с помощью S2N…

Может быть, твой ударник был бы не против?

(Дружный смех.) Может быть. Если он решит так, я, наверное, буду работать с другими ударниками. Я хочу сделать всё бесплатным. Если людям это нравится, здорово! Забирайте! Я пытаюсь вдохновить молодых музыкантов, которые приходят на мастер-классы, и донести до них такую идею: «Посмотрите на эти странные инструменты. Если бы 10 лет назад я рассказал кому-то про них, мне бы ответили: «Нет, это не сработает! Зачем ты пытаешься это делать? Это же глупо!» И вот, они перед вами! А теперь посмотрите, что я могу сделать с их помощью…» Я бы хотел дать всем возможность использовать это, как пример к действию, и попытаться найти что-то новое.

Тем не менее, у вас есть релиз, который называется “Fighting Mental Illness”. Что это значит?

Ну… Каждый из нас борется со своим собственным безумием, ведь каждый из нас в той или иной форме страдает каким-то психическим расстройством. Всю свою жизнь ты пытаешься сохранить рассудок, не сойти с ума, не впасть в депрессию. Все мы пытаемся справиться с тревогой о своем будущем, или прошлом, или настоящем. Так или иначе мы все сражаемся со своими демонами, мы все боремся со своими психологическими проблемами. Никто не совершенен.

Ты же понимаешь, что я не могу не спросить, с какими проблемами борешься ты сам?

Ой, да ладно. У каждого таких проблем целый букет! Все мы волнуемся, переживаем, что не сумеем добиться успеха, все мы боимся неудач – кто-то больше, кто-то меньше. У каждого есть свои тёмные пятна, от которых он или пытается держаться подальше, или пытается пробиться сквозь них, найти путь наверх. У всех есть свои взлёты и падения, во всём… В творчестве, в стремлении завершить начатое, в том, чтобы не чувствовать свое старение, это ведь неприятная штука. Нужно оставаться уверенным в себе и в том, что ты поступаешь правильно. Ведь очень многие постоянно сомневаются: «Может, мне стоит заниматься чем-то другим?» или «Хорошо ли я это делаю?» Так что нужно всегда сохранять позитивный настрой, в то время как негатив подбирается к тебе и кусает за пятки, пытается свалить… У одного моего хорошего друга есть любимая присказка. Он говорит: «Каждый день ты изо всех сил стараешься закатить камень на гору, продвинуть его чуточку дальше. А каждую ночь, пока ты спишь, он скатывается обратно…» Вот об этом и идёт речь. О таких вещах можно рассуждать часами, они в той или иной степени близки каждому.

Тут нам приходится прерваться. Пока мы говорили, в клуб приехали ребята из Grave Digger, начали собираться поклонники, так что ничего не поделаешь.
К счастью, Даг обещает продолжить наш разговор. По дороге на площадку, или после саунд-чека, или когда получится. Так что меня неожиданно берут с собой в машину.
- Это что, ракета? – Удивляется Блэр, когда прямо по курсу показывается монумент «Покорителям космоса» у входа в парк ВДНХ. А после краткого экскурса в историю создания памятника уточняет у Павла: - Мы сможем завтра пойти в музей? Он работает в воскресенье?
Забегая вперёд, скажу, что в музее они действительно побывали (кажется, он пользуется популярностью среди зарубежных рокеров), но уже без меня.
Закончить интервью получается не сразу. Сперва музыканты долго делают саундчек, ещё раз обсуждают плей-лист (- Может быть, сыграем “Hells Bells” AC/DC? – И как я буду это петь, по-твоему? – Ты прекрасно справишься! – Да нет, вряд ли…), Блэр настраивает обе свои гитары… И только после этого занимает место за моим столиком.
Правда, теперь уже разговор перешёл на другие, менее серьёзные темы.

Давай поговорим о прошлогоднем туре W.A.S.P. по России. Это был большой тур, вы дали шесть концертов. Как тебе понравилось в провинциальных городах, как, например, Краснодар или Екатеринбург?

Выступать в этих городах было очень здорово. Мы уже были там в 2007 году, в тех же самых городах. Очень здорово вернуться через 5 лет и посмотреть, как всё поменялось. Аэропорты, отели, концертные залы, всё стало гораздо лучше. Нам понравилось выступать в России.

Вы перемещались по воздуху или поездами?

В основном, самолётами. У нас было забронировано несколько перелётов авиакомпаниями S7 и Аэрофлот. Но и по железной дороге мы тоже поездили. Мне понравились ночные переезды в Москву из Санкт-Петербурга и Киева.

Не страшно было в российских поездах?

Нет, как там может быть страшно? Там же есть эта громадная женщина, которая всё караулит! (Дружный смех.) Она стоит в конце прохода, надо было сфотографировать её! И вот она нам: (грубо, басом) «Эй, вы, спать, сейчас же!» А мы ей: (тоненько, пискляво) «Окей!» У нас не было выбора! Ну и, конечно, в шесть – семь утра (изображает стук в дверь): «Подъём, сейчас же!» - «Окей»… (Дружный смех.)

По-моему, ты любишь путешествия.

Очень люблю. Это отличный способ познакомиться с новыми людьми, посмотреть на чужой образ жизни.

Не устаёшь от этого?

Ну, через какое-то время тянет вернуться домой, отдохнуть, но если поездки спокойные и хорошо спланированные, то ты не устаёшь. Каждый день просыпаешься в новом городе, и это круто! Вот, например, мы были в Будапеште, и там у нас образовалось два дня выходных. Это один из городов, в которых мы были так часто, что уже вполне ориентируемся там, знаем, куда можно пойти. Так что мы были рады там оказаться, это было здорово!

Что ты делаешь, когда приезжаешь в новый город?

Только не то, что делают обычные туристы. Я ищу музыкальные магазины и приятные кафе, где могу сесть и писать свой дневник за чашкой кофе. Вообще я предпочитаю найти место, где можно посидеть, оставаясь невидимым, и посмотреть, какие тут люди, как они живут. Так что мне больше нравятся районы, где люди живут, чем обычные туристические места, где каждый приехал откуда-то из другого места. Я лучше найду кафе, куда любят ходить местные. Я могу сидеть там и думать: «А ведь они все знают друг друга! Вот было бы здорово пожить здесь или хотя бы задержаться на неделю, или найти друга, который тут живёт». Я люблю наблюдать за жизнью людей.

В это время у Дага как раз появляется возможность заняться наблюдениями, потому что в клуб начинают подтягиваться первые зрители. Увы, невидимым ему тут остаться точно не удастся, так что нам приходится заканчивать разговор. Да и до начала концерта остаётся всего ничего.
На прощание я напоминаю Дагу, что сегодня как-никак мужской праздник, который давно перестал ассоциироваться только с военными. В качестве подарка у меня припасена сувенирная фляжка с красными звёздами и русским национальным напитком внутри. Даг охотно соглашается сфотографироваться с подарком, а в ответ расписывается для всех российских поклонников.


Фотографии с концеренции с участием MRC и Дага Блэра

Другие статьи и интервью с группой W.A.S.P.